Разговор по душам

РАЗГОВОР ПО ДУШАМ

Чужая душа – потемки. Мы произносим эти слова всякий раз, когда бессильны объяснить поступок ближнего. А что, если кто-то выполнит миссию проводника? Возьмет мерцающий теплым светом фонарь, протянет руку и покажет, как живется в чужих краях…

Мария Фариса,
«Авантюрин»

Возможность змеи

У Монкады снова не вышел пасьянс. Она с досадой обернулась на сестру, которая еще нежилась в постели. В волосах Евы завяла ромашка. Все лепестки на месте: она никогда не гадала «любит — не любит».

— Сделаешь чаю? — произнесла Ева, заметив взгляд Монкады.

— Где ты была всю ночь? Я все расскажу твоему мужу.

Ева села на кровати и вытерла осыпавшуюся под глазами тушь краем ночной рубашки.

— Ничего ты не расскажешь.

— Посмотрим.

— А если расскажешь, он будет над тобой смеяться, потому что по ночам я хожу смотреть на энотеру.

Монкада раскрыла рот и заморгала. Еле хватило сил произнести:

— Она зацвела?

Ева кивнула. На ее золотистой коже выступили мурашки.

— Сегодня ночью пойду с тобой.

— Даже не думай, — сказала Ева.

— Почему? — подскочила Монкада, короли, дамы, шестерки посыпались из ее подола.

— В зарослях возле энотеры живет змея. Взрослых она не кусает, только детей.

— Почему только детей?

— Тоньше кожа.

Монкада, собирая карты с пола, смотрела на вены, которые просвечивались на ее запястьях. Все эти годы она ждала цветения энотеры больше, чем подарка на день рождения, чем ласкового взгляда Николаса, сторожа маслобойни, в которого были влюблены все девочки деревни, но лишь она одна любила его по-настоящему сильно.

Монкада была еще совсем малюткой, когда дед показал ей цветущую энотеру в ботанической книжке.

— Это необычный цветок. Он распускается только ночью. Красота, которую замечают лишь те, кто знает, — говорил дед, собиратель редкостей для своего сада.

Он все лето брал с собой Монкаду на почту, чтобы малышка прочувствовала удовольствие ожидания.

— Пришла моя посылка с семенами?

— Еще нет.

— Хорошо, зайдем позже, — говорил дед женщине в почтовом отделении и гладил внучку по русой головке.

Наконец посылка пришла. Энотера пустила корни сначала в горшке, потом в вишневой аллее, но дед не дождался первого бутона. После его смерти Монкада ждала за двоих и в то утро, стоя перед заросшим садом, шептала: «Как к ней пробраться? Малина спуталась, вместо мелиссы бушует крапива, трава выросла такой густой и высокой, что яблоки падают в нее и исчезают бесследно. Завелись змеи». Вдруг с лица Монкады пропала тревога: она вспомнила сказку, в которой охотник идет с ружьем по лесу и ничего, никого не боится. «У Николаса есть ружье», — озарило ее, и от одной мысли о стороже маслобойни, о том, что он может ночью проводить ее до энотеры, во рту стало сладко, как прошлым летом, когда она забралась в цилиндр медогонки и слизывала с жестяных стен капли меда.

В доме хлопнула дверь, зазвенело стекло на веранде. Монкада увидела на крыльце Еву в желтом шелковом платье. На подоле руками вьетнамских женщин вышит дракон: зубастый рот смеется, длинный хвост обвивается вокруг талии и заканчивается меж лопаток. Ева пошла к калитке, по дороге сорвала красный тюльпан, прижала его заколкой над ухом, подергала плечом, чтобы рукав сполз ниже, поправила перстни на пальцах, села на скамейку у дома, огляделась. Даже солнце от зависти к ней разбухло индюшкой, наблюдая, как шелк струится по стройным ногам Евы, как от взмахов веером взлетают волоски челки, как томно прикрыты ресницы.

«Это необычный цветок. Он распускается только ночью. Красота, которую замечают лишь те, кто знает»

Монкада набрала слив в карманы и скрылась в тени веранды, в стенах которой прохлада ожидала вечернего часа, чтобы выйти наружу. Девочка взяла карты, засунула за щеку сливу, подумала: «Снова попробую выложить «Паука», потом бабушка позовет к обеду. Затем еще один пасьянс — и вечер. Вот бы сегодня все сложилось».

Монкада глядела на циферблат, брала карту, снова глядела на часы, потом на Еву, которая уже вернулась и сидела на софе с книгой, но не читала, а смотрела куда-то поверх страниц, иногда шевелила губами.

— Где твое обручальное кольцо? — спросила сестру Монкада.

— Не знаю.

— Оно в тумбочке. В верхнем ящике. Почему ты его не носишь?

— Я ношу другие.

Ева закрыла лицо книгой. Монкада посмотрела на карты, снова смешала их и сгребла в колоду.
Когда стемнело, и за окном стало не видно сада, Монкада пожелала бабушке спокойной ночи и легла под одеяло в одежде. Кровать Евы пустовала. Возле зеркала стоял пузырек духов и косметичка. «Зачем она так наряжается смотреть на энотеру? Вот упадет, когда увидит меня с Николасом», — подумала девочка.

После того как уснула старушка, Монкада встала с кровати, прошла по дому тише кошки, острожно закрыла за собой дверь и очутилась в мире, которого раньше не знала. В траве что-то щелкало, в листве гудело, даже поросята в хлеву пахли иначе. Монкада старалась шагать не спеша, но не выдержала и побежала. Не понимала: сердце так колотится от страха или оттого, что она впервые встретится ночью с любимым.

У маслобойни никого не оказалось. Девочка обогнула ее и уже собиралась заплакать от досады, как вдруг заметила, что дверь приоткрыта. Вошла осторожно и увидела горящие глаза пса, который помогал Николасу сторожить маслобойню.

— Малыш, иди сюда, — позвала Монкада. — Ну ладно, ладно, хватит целоваться. Скажи лучше, где твой хозяин?

Едва девочка произнесла это, тут же услышала шорох.

— Кто здесь? Николас, ты? — спросила она, ступая в темноту. — Это я, Монкада. Пришла за ружьем. Хочу посмотреть на энотеру. Ее цветок распускается только ночью. Ева сказала…

Вдруг кто-то пронесся рядом с ней в темноте и выскочил из маслобойни. Монкада устремилась к подсвеченному луной прямоугольнику двери и увидела, что на задвижке замка болтается лоскут огненного вьетнамского шелка. Девочка взяла его и растерянно повторила:

— Ева сказала…

Оглянулась: из темноты на нее, застегивая рубашку, смотрел сторож. Монкада спрятала лоскут в карман и побежала.
Проснулась от свиста упавшей за окном груши, от ее удара о землю. «Точно разбилась», — было первым, что подумала Монкада.

Она вскочила и посмотрела на постель Евы: сестра лежала лицом к стене, накрытая одеялом. Взгляд Монкады упал на золотистую лужицу шелка на полу у кровати. Она вспомнила о том, что произошло ночью. Но слезы не выплеснулись из ее глаз, а застряли в горле.

— Ева, — позвала Монкада.

Тишина.

Девочка встала с постели, достала лоскут из кармана куртки и положила его сестре на шею.

— Сегодня ночью ты отведешь меня к энотере.

Ева молчала. Монкада заметила, как дрогнули ее ресницы.

Девочка пошла на кухню, поставила кипятиться чайник и села за пасьянс — игру для одиночек. Сказала себе: «Сегодня все сложится, вот увидишь» и достала из колоды первую карту.

Из сборника «Авантюрин» (2016)

-Мария Фариса

При покупке электронной книги на www.mariafariza.com указывайте промокод SOUL, чтобы получить скидку 10%

Интервью с Марией Фариса

Мария Фариса (1987) — современная писательница, автор сборников рассказов «Авантюрин» (2016), «Лучше журавль» (2017). У Марии яркая творческая биография. Несколько лет она работала трэвел-блогером, сотрудничала с изданиями Conde Nast Traveller, «Вокруг Света», «Афиша-Мир», «Вояж», «Моя Планета». Также в ее портфолио работы для Forbes, GQ, Cosmopolitan, The-Village, «Афиша-Еда», Buro 24/7, Газета.ru. Но главная страсть Марии – писательство. Каждый рассказ похож на путешествие. Длится оно не более десяти минут, но этого достаточно, чтобы узнать нечто очень важное о самом себе…

Добавить комментарий